С одной стороны конфликт на Ближнем Востоке обещает разрушение «оси зла» и уничтожение производственных мощностей иранских дронов. С другой — создает критический дефицит средств ПВО и истощает ресурсы Вашингтона для помощи Украине. Цены на нефть демонстрируют тенденцию к росту, а мировое внимание стремительно уходит на Ближний Восток. В этих условиях Киев вынужден адаптировать свою оборонную стратегию к реальности, где за высокотехнологичное вооружение приходится конкурировать даже с ближайшими стратегическими союзниками.
Самым ощутимым последствием войны в Иране для защиты украинского неба стал физический дефицит зенитных ракет. Поскольку Соединенные Штаты остаются единственным производителем перехватчиков к системам Patriot, приоритет поставок в условиях большой войны на Ближнем Востоке сместился в сторону Израиля и американских баз в регионе Персидского залива. Военный эксперт Иван Ступак акцентирует внимание на том, что такая переориентация ресурсов ставит украинскую оборону в уязвимое положение перед лицом продолжающихся российских атак.
Иван Ступак: Сейчас обеспечение своих союзников на Ближнем Востоке является для США приоритетом №1, и мы действительно можем на определенное время или на длительный период перестать получать эти перехватчики. Наши военные ждут, пока французы вместе с итальянцами усовершенствуют свою систему SAMP/T, но вопрос, когда это произойдет, остается открытым.
Помимо сугубо военных рисков, масштабная война в Иране спровоцировала турбулентность на глобальных энергетических рынках. Скачок цен на нефть стал косвенным подарком для Кремля, увеличив наполняемость российского бюджета и расширив возможности Москвы для финансирования агрессии против Украины. Экс-представитель Украины в ЕС Константин Елисеев считает, что, несмотря на долгосрочные стратегические выгоды от ослабления Тегерана, немедленные экономические и правовые прецеденты вызывают у Киева серьезную тревогу.
Константин Елисеев: Цена на нефть поднялась почти до 80 долларов за баррель, а это значит, что Россия будет зарабатывать. Кроме того, создан опасный прецедент превентивных ударов, который может привести к разрушению международного правопорядка, где господствует не сила права, а право силы.
Впрочем, даже в этом кризисе украинская дипломатия видит политическое «окно возможностей». Официальный Киев демонстрирует поддержку иранскому народу, четко разграничив террористическое руководство аятолл и стремящееся к переменам гражданское общество страны. Политолог Петр Олещук подчеркнул, что возможный крах нынешнего иранского режима — это не просто региональное событие, а фатальный удар по всей системе внешнеполитических связей Владимира Путина.
Петр Олещук: Режим аятолл — это не просто партнер, это официальный военный союзник путинского режима, чьи обязательства формализованы международным договором. Если этот режим рухнет, выиграет весь мир, и Украина в том числе, так как у России официально осталось всего два серьезных союзника — Иран и КНДР. А куда Китай делся?
Дестабилизация и возможная смена власти в Тегеране могут стать мощным козырем в диалоге Киева с Вашингтоном. Украинские эксперты не исключают, что успех войны против Ирана даст президенту Владимиру Зеленскому новые аргументы для убеждения американских партнеров в эффективности жестких мер. Политолог Игорь Рейтерович отмечает, что демонстрация силы на Ближнем Востоке может изменить саму парадигму переговоров с Российской Федерацией.
Игорь Рейтерович: Зеленский обязательно отметит выдающуюся позицию Дональда Трампа и его умение заканчивать войны, используя это как аргумент. Это позволит показать на примере Ирана, что «добрым словом и пистолетом» можно достичь гораздо большего, чем просто переговорами и уговорами.
Результаты иранских ракетных атак на более десятка стран на Ближнем Востоке подтвердили критическую необходимость развития собственного производства средств противоракетной защиты. Президент Украины Владимир Зеленский в своем обращении подчеркнул, что даже страны с плотным и современным арсеналом ПВО не могут гарантировать абсолютной безопасности, что делает уникальный боевой опыт Украины бесценным активом для всей Европы.
Владимир Зеленский: «По ситуации на Ближнем Востоке видно, что даже системы ППО в странах Залива сбивают не всю баллистику. Сейчас наш опыт защиты незаменим, и Европе необходимо обеспечить себя реальной способностью защищать небо, построив достаточные объемы производства ППО против дронов и баллистики».
Важным фактором относительной стабилизации ситуации вокруг Ормузского пролива стало вмешательство Пекина. Розблокирование этого стратегического пути при посредничестве КНР несколько охладило нефтяной рынок. Глава Центра ближневосточных исследований Игорь Семиволос убежден, что стратегические дивиденды от падения иранского режима в конечном итоге перевесят риск временного ухода украинской темы из фокуса внимания мировых СМИ.
Игорь Семиволос: «Бенефиты от разрушения "оси зла" и выпадения Ирана из российских объятий гораздо значимее временной потери внимания. Величие России и Китая в глазах Глобального Юга оказалось раздутым, и теперь мир видит, что Москва не в состоянии диктовать свою волю».
Начало марта 2026 года стало для Украины периодом болезненной, но необходимой трансформации. Потеря монопольного внимания Запада и острый дефицит высокотехнологичных ракет вынуждают Киев максимально опираться на собственные мощности и искать новые форматы поддержки в Европе. Тем не менее, уничтожение реакционного режима в Иране, выступавшего в роли «тылового завода» для российской армии, создает условия для глубокого стратегического истощения агрессора. В долгосрочной перспективе именно этот фактор может стать решающим ключом к завершению войны в Украине.
Автор: Вильгельм Смоляк
Слушайте передачу в прикреплённом файле