Министерство национальной обороны Польши готовит закон об оборонной готовности государства, который в публичной дискуссии называют «предвоенным». Новые положения должны учитывать опыт войны России против Украины и помочь государственным институтам действовать в условиях повышенной угрозы. Для армии это означает возможность быстрее перемещать силы, взаимодействовать с другими службами и реагировать на провокации.
Подготовка к возможному кризису требует согласованной работы военных, гражданской администрации и служб внутренней безопасности. Обсуждаемые изменения должны упростить перемещение польских и союзных войск, подготовить необходимую инфраструктуру и упорядочить задачи учреждений, участвующих в системе обороны. Отдельное внимание уделяется гибридным угрозам, кибератакам и дезинформации.
О том, какие изменения необходимы для эффективного противодействия гибридным угрозам, в эфире Польского радио рассказал генерал Роман Полько, бывший командир подразделения специального назначения GROM:
Прежде всего прямо сейчас нужны стратегия, политико-стратегическая оборонная директива и введение соответствующего понятия в польское законодательство. Я думал, что будет введено понятие гибридной войны, то есть будет определено это состояние войны — не войны, с которым мы сталкиваемся, но которого нигде нет в нормативных актах.
Обычно министр всегда использовал понятие гибридной войны, а теперь говорит о предвоенном состоянии. Как бы мы это ни назвали, необходимо определить, что мы понимаем под этим состоянием и какие ограничения в связи с ним будут сняты, чтобы армия могла действовать эффективно. Здесь я вижу положительную инициативу оперативного командующего Вооруженными силами. Он, как я полагаю, действительно сообщил министру национальной обороны, что, например, такое требование, как визуальное распознавание цели, не может действовать, если мы хотим эффективно противодействовать подобным провокациям или атакам дронов.
Еще одна задача готовящегося закона — устранить бюрократические ограничения, которые затрудняют действия армии. Заместитель министра национальной обороны Польши Цезары Томчик говорил о необходимости разрубить накопившиеся «гордиевы узлы». Какие слабые места существуют в этой системе? Роман Полько обращает внимание на процедуры распознавания целей и мобильность войск:
Разумеется, существует много бюрократических барьеров, которые действуют в мирное время. Даже вопросы перемещения войск по Европе — ведь это касается не только Польши — приводят к тому, что армия не может быть настолько мобильной, насколько нам хотелось бы, особенно при угрозах диверсионного характера. Речь идет даже о том, чтобы в некоторых случаях предоставлять военным транспортным средствам преимущество в движении: в кризисных ситуациях, когда совершаются различные террористические действия против военных или других объектов, они должны иметь возможность просто передвигаться. Думаю, подобных вопросов можно найти множество.
Сейчас мне трудно перечислить их один за другим. Но да, я согласен с господином министром: многие такие гордиевы узлы нужно просто разрубить. Не столько для того, чтобы раскручивать военную спираль и так далее, сколько для укрепления нашей устойчивости и обороноспособности.
Правовая готовность государства должна сопровождаться обновлением оснащения военнослужащих. 5 октября в Цехануве, в расположении 1-й пехотной дивизии легионов, представили новую форму с камуфляжем «Рысь», которая должна заменить используемый уже 33 года рисунок «Пантера».
Изменения касаются ткани, кроя и маскировки. Обсуждая необходимость обновления формы, Роман Полько обращает внимание на удобство солдат и новые технологии распознавания целей:
Форму подбирают не к обстановке, а с учетом маскировки, а материал формы прежде всего должен быть более удобным для солдат. Чтобы карманы были легкодоступными. Вот и все. Изменение камуфляжа. Сегодня искусственный интеллект программируют в том числе так, чтобы он распознавал конкретный камуфляж. Возможно, дело в этом. На основе распознавания определенного камуфляжа можно даже прийти к ситуации, когда дроны с искусственным интеллектом будут атаковать людей в форме с конкретным рисунком.
С этим связано много вызовов: должны ли современные солдаты тогда одеваться пестро, чтобы этому препятствовать, или использовать разные цвета? Насколько я знаю, если смотреть на Польшу со стороны, осень здесь по-прежнему такая же разноцветная, весна — такая же зеленая. Если климатическая зона не меняется, то и этот камуфляж соответствует задачам. А если мы меняем форму, я хотел бы, чтобы это также сопровождалось повышением комфорта солдат и чтобы такую форму и современное оснащение получили все военнослужащие.
Насколько я помню, министр Косиняк-Камыш обещал, что у каждого резервиста дома будет такой тревожный, я бы сказал, военный рюкзак. Я так понимаю, что у всех уже есть шлемы, у всех есть бронежилеты, а то, что Onet писал о зимних куртках, которые не особенно хорошо сохраняют тепло при низких температурах, — это какой-то фейк, и этот вопрос, разумеется, не имеет никакого значения.
Обновление армии связано и с тем, как организовано индивидуальное обеспечение военнослужащих. Программа Szpej предусматривает модернизацию их снаряжения. По мнению генерала, важно дать солдату возможность подобрать отдельные элементы формы и оснащения под себя и условия службы. Объясняя, какой подход мог бы использоваться в Польше, Роман Полько приводит собственный опыт подготовки в Соединенных Штатах:
Тридцать лет назад я был в Соединенных Штатах, где готовился к курсу Ranger. Там я получил талон и пошел в магазин военного обмундирования — именно так у них решен этот вопрос — и сам выбирал, что мне нужно. Для обуви одного размера предлагались три-четыре варианта полноты, была разная воздухопроницаемость, я мог подобрать подошвы. Куртки покупал отдельно, брюки отдельно и расплачивался талонами, которые получил от армии. Думаю, нужно просто решить это системно, чтобы не было так, как в ушедшую эпоху: человек приходил в армию, кладовщик бросал ему форму — будешь носить такую, какую я решил тебе выдать.
Давно пора действительно внедрить современные системы, чтобы солдат сам решал, какие элементы оснащения он хочет иметь. Помимо того, что мне в обязательном порядке полагалось для курса Ranger, я мог расплачиваться этой картой. Американцы тогда дали мне 2000 долларов, чтобы я мог докупить в этом магазине индивидуальные вещи, которые мне подходят. Например, компас с быстрой стабилизацией, часы или какой-то специальный нож, который подходит мне больше.
Давайте серьезно относиться к такому индивидуальному оснащению и к программе Szpej, о которой объявили с большой помпой, и добьемся того, чтобы солдат действительно мог сам решать, в чем ему будет удобно. А цвет формы, тот или иной камуфляж, разумеется, зависит от местности, в которой действуют. Если действуем в пустыне — нужна пустынная расцветка, если в лесу — тоже, конечно, обеспечивающая маскировку. Но это не первостепенный вопрос.
PR24/op