Политика репрессий Кремля на Крымском полуострове за годы полномасштабной войны существенно изменилась. Если ранее под удар путинского режима попадали преимущественно мужчины, то с 2022 года российские силовики все чаще задерживают несогласных с политикой оккупационных властей женщин.
Менеджер Крымскотатарского ресурсного центра Зарема Бариева на пресс-конференции в Киеве отметила, что по состоянию на июнь 2026 года, правозащитники зафиксировали как минимум 60 подтвержденных случаев уголовного преследования женщин по политическим мотивам. 31 из задержанных находятся в следственных изоляторах, а 29 — в колониях на территории Крыма и России.
Большинство узниц путинского режима длительное время находятся в условиях полной изоляции со внешним миром. В международном праве это явление называется incommunicado и приравнивается к пыткам, поскольку заключенному не позволяют контактировать с родными, а также не допускают к нему адвокатов и наблюдателей международных гуманитарных организаций.
За последнее время в Крыму участились случаи радикальных протестов задержанных из-за нечеловеческих условий содержания в пенитенциарных учреждениях. В частности, осужденная на 15 лет за госизмену крымская татарка Нияра Ерсмамбетова объявила голодовку в следственном изоляторе.
Другая политзаключенная, Ление Умерова, более подробно рассказала о тяжелом опыте нахождения в российских местах лишения свободы. Зимой 2022 года оккупанты задержали ее при попытке въезда в Крым с территории России из-за отсутствия российского паспорта. После восьмичасового допроса женщину принудительно доставили в суд, который обвинил ее в административном правонарушении по абсолютно выдуманным статьям и на три месяца поместил в тюрьму для иностранцев.
Умерова смогла привлечь адвоката для защиты своих прав, что спасло ее от статуса incommunicado. Однако сотрудники ФСБ регулярно перемещали ее из одной тюрьмы в другую и препятствовали контактам с защитником. По словам крымчанки, условия содержания в российских пенитенциарных учреждениях были от просто ужасных до критических. Большинство времени узница находилась в одиночных камерах и на нее осуществлялось колоссальное психологическое давление.
«Ты не можешь проанализировать, что с тобой происходит. У них есть полный доступ к тебе: в моей камере даже была маленькая машинка в стене, через которую они постоянно со мной говорили и комментировали абсолютно все, что со мной происходит, что я делаю. Иногда они шутили в мой адрес», — отмечает Умерова. По ее словам, во время ежедневных прогулок, надзиратели оккупационных тюрем общались с ней надменным, угнетающим тоном, оказывали психологическое давление и пытались сломать, а также устраивали регулярные агрессивные допросы.
Согласно официальным данным Крымскотатарского ресурсного центра, преследованиям оккупационных властей на полуострове уже подверглись тринадцать молодых женщин. А из-за политически мотивированных арестов матерей и отцов, родительской опеки лишились более четырехсот крымских детей.
Кроме того, в отличие от мужчин, российская пенитенциарная система полностью игнорирует базовые гигиенические и медицинские потребности заключенных женщин. Силовики используют их семейные связи и угрожают детям, используют в качестве инструмента психологического давления для получения признаний в вымышленных преступлениях. По мнению Умеровой, официальному Киеву и правозащитникам важно привлекать международные институты к мониторингу положения женщин, находящихся в российском плену, а также информировать об историях их заточения через глобальные проекты.
Для давления на крымчан российская оккупационная администрация все чаще привлекает не только местных силовиков, но и международные механизмы розыска, а также сеть информаторов в социальных сетях. Также фиксируются задержания пожилых людей, чья жизнь в условиях заключения оказывается под прямой угрозой. Правозащитница Зарема Бариева назвала такую практику машиной подавления свободы слова и отметила постоянное изменение российскими оккупантами тактики преследования.
«Российские силовики часто используют даже систему Интерпола: человека могут задержать и на территории Российской Федерации, и в странах Европейского Союза. Мы зафиксировали несколько случаев, когда женщин арестовывали в аэропортах, проверяли их банковские приложения на предмет донатов в поддержку Вооруженных сил Украины», — отметила Бариева.
По ее словам, за последнее время в Крыму зафиксированы 38 задержаний женщин по статье Уголовного кодекса РФ «государственная измена». Пятерым задержанным инкриминируют шпионаж, четверым задержанным — причастность к запрещенной в России исламской политической партии Хизб ут-Тахриир. Шесть задокументированных дел касаются причастности женщин к 48-му крымскотатарскому батальону ВСУ имени Номана Челебиджихана и одно обвинение — участие в запрещенной в РФ организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы».
Для украинских государственных органов освобождение гражданских заложников является одной из наиболее сложных задач. Международное право и Женевские конвенции запрещают прямой обмен гражданских людей на военнослужащих, поскольку это будет провоцировать дальнейшие аресты с исчезновениями гражданских лиц на оккупированных территориях.
В то же время, государственные органы параллельно осуществляют работу по поиску и репатриации и военных, и гражданских заключенных России. Координационный штаб по вопросам обращения с военнопленными использует политические договоренности и привлекает третьи стороны.
Представитель ведомства Петр Яценко сообщил о существовании целой системы учета пленных и о разработанных механизмах реабилитации после возвращения. В ней женщины признаны одной из приоритетных категорий наряду с тяжелоранеными и тяжелобольными. По его словам, в Координационном штабе разработана специальная информационная система, где онлайн в личном кабинете без физического звонка можно зарегистрироваться и подать информацию об исчезнувшем человеке.
«Вся сеть консультационных центров по всей Украине работает, чтобы знать кто нуждается в помощи. После каждого обмена пленными, специальные группы посещают реабилитационные центры, опрашивают освобожденных людей, чтобы узнавать информацию, кого они видели, подтвердить факт нахождения в плену, если пострадавший указан под грифом «поиск» человека». Во время каждых переговоров, вопрос женщин, это всегда наш приоритет», - отметил Яценко.
Обстановка с соблюдением гражданских прав в аннексированном Крыму серьезно ухудшается. Российские органы правосудия и системы исполнения наказаний демонстративно пренебрегают требованиями международного гуманитарного права.
На этом фоне семьи заключенных и правозащитники настаивают на срочном переходе от простого освещения ситуации на информационном уровне, к практическим дипломатическим шагам и жестким санкциям против агрессора. Ключевой задачей для мирового сообщества должна стать разработка эффективного инструментария мониторинга условий пребывания пленных женщин и их скорейшего освобождения из российских тюрем.
Вильгельм Смоляк
Слушайте передачу в прикрепленном файле