Прошло примерно два месяца после парламентских выборов, и премьер-министр Армении Никол Пашинян получил достаточно убедительный мандат на продолжение своей политической линии. Изменилась ли как-то принципиально политическая сцена Армении за это время? Анализирует Войцех Гурецки, экс-дипломат, эксперт Центра восточных исследований.
Нельзя отрицать, что западный фактор в политической жизни Армении присутствует. Никол Пашинян пытается в большей степени связать Армению с Западом, но делает это очень медленно, очень осторожно, шаг за шагом, не разрывая отношений с Россией.
Что касается ОДКБ, Организации Договора о коллективной безопасности, Армения подтверждает, что она не будет участвовать в этих структурах, что она заморозила своё членство, что она не намерена выступать. Армения пока не готова вступить в ЕС, она хочет пользоваться теми инструментами, которые даёт членство в Евразийском экономическом союзе.
Неоднократно Пашинян подчёркивал, что он не намерен денонсировать договор с Россией. Россия пытается заставить Пашиняна провести референдум по поводу вступления в ЕС. Пашинян отвечает, что армянское общество не готово. Россия это оценивает как попытку усидеть на двух стульях. То, что Пашинян вынужден делать такие заявления, свидетельствует о том, что он чувствует давление со стороны Москвы. И он пытается всё-таки вести свой курс сближения с Западом и придерживаться этого курса.
С другой стороны, то, что Россия ввела до выборов ограничения на импорт армянских продуктов, не сработало, потому что, всё-таки, люди голосовали за «Гражданский договор», против ставленников России, потому что три крупные оппозиционные партии и объединения — они пророссийские, открыто пророссийские. И это тоже свидетельствует о том, что Пашинян не собирается менять свой курс. Наоборот, после выборов, когда он почувствовал поддержку, когда он на самом деле выиграл — я был на этих выборах, имел возможность наблюдать за ходом этих выборов, — он будет делать то, что обещал.
Ереван проводит политику политического развода с Россией, но в то же время оставляя за собой пространство для манёвра в экономическом плане?
Да, это правда. Стоит посмотреть, чем обладала Россия 10 или 20 лет тому назад, даже 5 лет тому назад, на Южном Кавказе, и чем обладает сейчас. У России были пограничники в аэропорту Звартноц, это ереванский аэропорт, сейчас их уже нет. Может быть, их уберут также с границы с Турцией, с границы с Ираном. На короткий срок появились россияне в зоне Нагорно-Карабахского конфликта. Их тоже нет с 2024 года.
У них всё меньше реального присутствия. Тем более что Россия сосредоточена на Украине, что способствует растущему присутствию на Южном Кавказе Турции, у которой союзнические отношения с Азербайджаном, а также неплохие отношения с Грузией. Я бы даже сказал, что чем слабее Россия на Кавказе, тем сильнее Турция на Кавказе.
Но в то же время нельзя отрицать того, что у России всё-таки остаются серьёзные инструменты влияния. Я имею в виду военную российскую базу в городе Гюмри на севере Армении, близ границы с Турцией. В экономике — включая железную дорогу, вопрос ТRIP, потому что этот вопрос коридора затрагивает также железную дорогу, которая является собственностью России.
Сейчас, в вопросах общественного мнения, проводимых в Армении, Россия входит в список тех стран, которые, по мнению отвечающих, являются угрозой для безопасности Армении. На первом месте в этом списке, конечно, Азербайджан, на втором — Турция, что не удивляет. На третьем месте, с серьёзным отрывом, находится Российская Федерация.
И всё-таки геймчейнджером является Украина. Итог войны повлияет на Южный Кавказ, в том числе и на Армению. Как стоит рассматривать интенсификацию этих контактов на линии Киева с Ереваном? Вписывается ли это в стратегию диверсификации?
Безусловно, это вписывается в стратегию диверсификации. Это, с одной стороны, с другой стороны, показывает, что, на самом деле, влияние России уменьшается. Вы говорите про украино-армянские отношения, но я тоже хочу напомнить, что в этом году Владимир Зеленский также посетил Азербайджан.
Что касается Армении, он присутствовал на саммите, который там проходил. Это не двусторонний визит, а в Азербайджане он имел двусторонний визит. Так что, из трёх южнокавказских государств Зеленский уже посетил два. До этого он ещё был в Молдове, там тоже присутствовал на саммите Европейского политического сообщества.
Всё показывает, с одной стороны, диверсификацию внешней политики Еревана, с другой стороны, показывает активность Киева, который видит, что влияние России уменьшается, и тоже пытается это пространство как-то освоить, можно сказать.
Леон Пинчак, аналитик по вопросам безопасности Варшавского аналитического центра «Polityka Insight»
Полностью интервью слушайте в аудиоверсии