Первый официальный двухдневный визит президента Украины в Белград интересен сразу на нескольких уровнях. Сербия остается самой близкой к России страной Европы, которая отказывается присоединяться к санкциям Евросоюза. Отношения Белграда с ЕС складываются непросто и не лишены напряженности из-за обвинений Брюсселя в нарушении принципов правового государства. В то же время Сербия не относится к числу богатых государств, где Украина могла бы рассчитывать на серьезную финансовую помощь. Она не является ни членом НАТО, ни участником других влиятельных международных союзов, способных обеспечить Киеву существенную дипломатическую поддержку. Тем не менее у двух стран есть точки соприкосновения и вполне конкретные взаимные интересы.
Главный интерес Киева заключается в сохранении или увеличении поставок боеприпасов для вооружений советских образцов. Несмотря на очевидные успехи, такие как удары по нефтеперерабатывающим заводам и складам в глубине российской территории, а также дезорганизация логистики противника, положение на фронте в Донбассе становится все более сложным. Последние недели свидетельствуют об ускорении продвижения российских войск к агломерации Славянск-Краматорск, последнему крупному опорному району украинской армии в Донецкой области. По имеющимся данным, российские силы находятся уже примерно в десяти километрах от городов, диверсионные группы все чаще появляются на окраинах, а местных жителей начинают беспокоить FPV-дроны.
Для ведения боевых действий на суше Украине по-прежнему необходимы большие объемы артиллерийских боеприпасов калибров 122 и 152 мм для активно используемых гаубиц и реактивных систем залпового огня советского производства. Запасы бывших стран Варшавского договора, ныне входящих в НАТО, были переданы Украине уже давно. Новые боеприпасы такого типа производят лишь несколько государств, среди которых Сербия. Это сравнительно современная отрасль промышленности, контролируемая преимущественно государством и бизнесом, связанным с окружением президента Александра Вучича. Поэтому договариваться по этому вопросу Владимиру Зеленскому приходится именно с ним.
Сотрудничество в этой сфере, хотя и остается негласным и вызывает раздражение Кремля, развивается весьма успешно. Газета Financial Times сообщала, что только в 2022-2023 годах Белград продал боеприпасов на сумму около 800 млн евро, главным образом через посредников в Польше и Чехии, в том числе в рамках так называемой Чешской инициативы по поставкам боеприпасов. При этом Белград не хочет дополнительно раздражать Россию, а также собственный пророссийский и антизападный электорат. Поэтому сербские власти официально не признают поставки снарядов Украине и крайне осторожно высказываются о самой войне, избегая четких оценок агрессора и жертвы.
Однако бизнес остается бизнесом, и подобную возможность трудно упустить. Помимо твердой валюты, сотрудничество с Украиной может принести Вучичу и политические дивиденды. Хотя торжественный прием Зеленского в Белграде не вызывает восторга в Кремле и встречает сопротивление пророссийских сил внутри Сербии, контакты с Украиной становятся важным аргументом в непростом диалоге с Евросоюзом.
Сербия уже много лет остается кандидатом на вступление в ЕС, однако переговоры продвигаются крайне медленно. Вместо открытия и закрытия новых переговорных кластеров Брюссель регулярно критикует Белград за злоупотребление властью и нарушения принципов правового государства. В этой ситуации поддержка воюющей Украины может послужить для Вучича своеобразным фиговым листком, смягчающим негативные оценки европейских институтов и отдельных стран ЕС. Это тем более важно на фоне вероятных досрочных парламентских выборов, которых требуют многомесячные протесты и во время которых, вероятно, не удастся избежать нарушений.
Помимо описанной политико-экономической сделки у Украины и Сербии есть по меньшей мере еще одна важная общая позиция: обе страны последовательно выступают за принцип территориальной целостности. Независимо от различий в обстоятельствах, Киев не признает российскую аннексию Крыма и частей Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей. Точно так же Белград не соглашается с отделением Косово и его независимостью.
Именно поэтому после 2008 года украинские власти так и не признали независимость Приштины. Косово долгое время относилось к этому с пониманием. Однако субботние заявления Зеленского вызвали в косовском обществе заметное возмущение. Одно дело — сухие дипломатические формулировки украинского МИД, и совсем другое — почти демонстративная дружелюбность и братание Зеленского с Вучичем в Белграде.
В Приштине реакция последовала незамедлительно: с фасада гостиницы Grand в центре города был снят огромный баннер с надписью «Независимая Украина». Даже если это было частью политической борьбы между оппозиционным мэром столицы и центральными властями, эмоции в Косово оказались вполне искренними. Многие восприняли действия украинского президента как неблагодарность после многих лет политической, гуманитарной и военной поддержки, оказываемой Косово по мере своих скромных возможностей, присоединения к европейским санкциям против России и подготовки украинских специалистов по разминированию.
Можно сказать, что Киев вновь наступает на те же грабли. Добрые дела быстро забываются, а чувствительность и эмоции союзников оказываются недооцененными, когда они становятся жертвами холодного прагматизма и необходимости договариваться с более сильными и более ресурсными партнерами. Эта ситуация хорошо знакома и по польско-украинским отношениям. И хотя регулярность подобных случаев говорит скорее о методе, чем об особом отношении, осознание этого приносит весьма сомнительное утешение.
Тадеуш Иваньски, руководитель Отдела по Беларуси, Украине и Молдове в Центре восточных исследований, сотрудник Польского радио для заграницы в 2006-2011 годах