3 октября в Латвии прошли парламентские выборы. Партия нынешнего латвийского премьера Андриса Кулбергса «Объединённый список» получила 35% голосов поддержки. За ней следуют — с впечатляющим отрывом — партия «Латвия на первом месте»: 13% голосов. Это партия бизнесмена Айнарса Шлесерса, пытавшаяся в ходе предвыборной борьбы заручиться поддержкой русскоязычных избирателей.
Стоит отметить, что «Объединённый список» в 2022 году набрал всего лишь около 11% голосов и получила 15 мандатов. Теперь эта партия станет крупнейшей политической силой в новом Сейме Латвии.
СМИ не только латвийские, но и европейские говорят о рекорде партии премьера Кулбергса. В чем его суть? Этот вопрос мы адресуем Артему Липину, латвийскому публицисту:
Это действительно рекорд. Никогда в истории Латвии — ни в первой независимости, ни во второй — никогда ни у одной партии не было 41 места в парламенте. Это абсолютный рекорд. Учитывая ещё и отрыв от второго места: 17 мандатов у «Латвии на первом месте», это небывалое доверие одной конкретной партии. Объяснить это можно несколькими факторами. Тут важно понимать, что объясняем мы всё равно задним числом, никто даже близко не предполагал такого. Все знали, что «Объединённый список» будет на первом месте, но с таким отрывом — нет, это сенсация.
Объясняется это несколькими факторами. Во-первых, премьер-министр Андрис Кулбергс стал премьер-министром сравнительно недавно, в мае этого года. Он за эти месяцы набрал большую популярность с помощью соцсетей, с помощью своего очень открытого общения, с помощью иногда достаточно просторечного языка. Он достаточно громко говорил о проблемах, всегда, конечно, подчёркивал, что это проблемы прошлых правительств. Но не скрывал их, не замазывал, не делал хорошую мину при плохой игре чаще всего. Там тоже есть нюансы, но это не так важно.
И он показывал, что он делает, он показывал, что происходит, и очень сильно сократил дистанцию между народом и правительством, так что это, конечно, добавило ему популярности, и у «Объединённого списка» появилось лицо, с которым его можно было ассоциировать эту партию.
Во-вторых, по большому счёту, других вариантов не было у очень многих. Потому что были партии предыдущих правительств: «Новое Единство», «Нацобъединения», СЗК, которые ассоциировались с проблемами, которые сейчас есть у Латвии. И были партии, которые либо являются пророссийскими, либо воспринимаются таковыми. А партии с очень левой, очень либеральной позицией не подходят достаточно консервативному латвийскому обществу.
И оставался только «Объединённый список», который, с одной стороны, был не то чтобы антиправительственным, но таким немножко протестным голосованием, потому что это новые лица, новое название, но при этом это не настолько протестное голосование, каковым была бы, например, та же «Латвия на первом месте».
Так что эти два фактора вместе сработали на том, что «Объединённый список» как будто бы стал таким очень логичным выбором для многих, и альтернатив не было.
Премьер-министр Латвии Андрис Кулбергс заявил, что итоги голосования свидетельствуют о стремлении избирателей к переменам. А достаточно ли будет «Объединенному списку» мандатов для большинства в Сейме или все же нежно создавать коалицию?
Нужно создавать коалицию. В Латвийском парламенте 100 мест. Соответственно, для большинства нужно 51 место, 41 — это не большинство. Но это значит, что, во-первых, у «Объединённого списка» очень большой выбор, с кем создавать коалицию. И, во-вторых, даже создав эту коалицию, «Объединённый список» всё равно будет иметь все рычаги, потому что если какое-то конкретное решение партнёры по коалиции будут не готовы принимать, можно будет договориться с другими силами.
Прямо сейчас уже объявлено о том, что «Объединённый список» планирует вести переговоры с «Нацобъединением» и «Новым единством», и таким образом создастся по сути та же коалиция, которая была до этого, только без «Союза зелёных и крестьян», которые не прошли в парламент. Но в этой конфигурации, например, «Новое единство» теоретически не нужно, потому что у «Объединённого списка» и «Нацобъединения» вместе как раз в парламенте 51 мандат. Ну, это ровно столько, сколько надо.
Но, это опять-таки показатель того, что «Новое единство» — это партия, которая до этого была партией власти по сути 8 последних лет. И поэтому всегда можно будет намекнуть, что мы, мол, можем решение принять без вас. Есть ещё другие вариации, но скорее всего будет вот именно это правительство.
Поскольку победила партия действующего премьера Латвии, то каких-то радикальных изменений во внутренней и внешней политике страны не стоит ожидать?
Сложно об этом судить, потому что всё-таки правительство Кулбреса просуществовало совсем недолго, около трёх месяцев. Это было, очевидно, правительство, созданное для того, чтобы доработать до выборов. Поэтому каких-то сильных ярких решений у них не было и быть не могло. И поэтому мы до конца не знаем, какое оно, это правительство. Пока не очень понятно.
Ну, наверное, каких-то принципиальных решений и принципиальных изменений действительно не будет. Мы всё ещё будем центристски правой страной, мы всё ещё будем европейской страной, мы всё ещё будем поддерживать Украину и выстраивать свою работу в контексте Европейского союза и НАТО.
Но какие-то отдельные вопросы, например, вопрос миграции, например, вопрос той же Стамбульской конвенции, и многие другие — пока не до конца ясно, какую именно позицию займёт «Объединённый список». Так что, да, наверное, принципиальных изменений не будет, но в деталях уже посмотрим.
А языковая политика — в отношении русского языка?
Русский язык — тут без изменений. Тут он останется. У нас буквально за несколько дней до выборов было принято окончательное решение о том, что общественные СМИ будут иметь право создавать контент на русском языке только в чрезвычайной ситуации. И две партии, которые были против, это «Латвия на первом месте» и «Прогрессивные». Ни те, ни другие с большой долей вероятности не будут в правительстве. Это один из вопросов, один из многих. Но это показатель того, что «Объединённый список» не будет как-то принципиально менять тенденцию относительно русского языка в общественном и государственном поле Латвии.
На этих парламентских выборах был зафиксирован еще один рекорд — рекордно низкая явка. С чем это связано?
Если высказывать гипотезу, то, во-первых, это тенденция Латвии, не считая выборов 2022 года — у нас снижалась явка постоянно. И тут скорее можно говорить о том, обсуждать, почему в 2022 году явка выросла — вероятно, из-за вторжения России в Украину, по причине поиска безопасности и сильной руки. А так это продолжение тенденции, скорее всего, это апатия, неверие в то, что голос что-то меняет. И то, что всё-таки по большому счёту в латвийской политике редко появляются какие-то новые имена.
Многие люди устали от тех, кто находился у власти все эти годы, а среди новых имён те же «Прогрессивные», даже «Суверенная власть», тот же «Объединённый список» не нашли себе достойных кандидатов.
Это еще не все нежданности — если судить по результатам – нынешних выборов в Латвии?
Главная сенсация, конечно, — это то, что «Союз зелёных и крестьян» не попал в парламент. Это объединение партий, именно в такой форме оно существовало с 2002 года и всегда было в парламенте представлено. Зачастую было и в правительстве, какое-то время и премьер-министр у нас был из СЗК. И их непопадание в Сейм — это, конечно, большой шок для них самих.
И, конечно, 41 место в Сейме у «Объединенного списка» — это то, что занимает все разговоры прямо сейчас. И будет очень интересно посмотреть, насколько «Список» оправдает такое большое доверие.
Ирина Кудрявцева