25 октября президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган отправил в отставку своего главного советника Октая Сарала. На первый взгляд событие не столь уж значительное — хотя Сарал консультировал Эрдогана на протяжении десяти лет и считался одним из его ближайших соратников — однако в Азербайджане, который связан с Турцией союзническими обязательствами, эта новость попала на первые полосы СМИ, которые сообщили об отставке с нескрываемым торжеством.
А началось всё более месяца назад, 21 сентября, когда правительство Азербайджана ввело запрет на ношение в государственных школах одежды, нарушающей принцип светского характера образования (для учащихся предусмотрена школьная форма). В октябре действие новых правил распространили и на педагогический персонал. В результате, по распоряжению директоров, школьные вахтёры перестали пропускать в учебные заведения учениц в хиджабах и учительниц, покрывающих волосы платками.
Это вызвало волну недовольства в стране. По старому городу Баку прошла группа пожилых женщин в платках, а перед многими школами состоялись стихийные акции протеста в защиту свободы выбора одежды (в нескольких местах дело дошло даже до физического нападения на директоров школ). Были задержаны 37 человек, которых впоследствии оштрафовали либо подвергли административному аресту на срок до 30 суток. Правозащитные организации, в том числе Amnesty International, сочли, что новые правила дискриминируют верующих.
Запрет на ношение элементов одежды, ассоциирующихся с религией, вызвал возмущение в консервативных кругах Турции, из которых вышла нынешняя правящая элита, объединившаяся вокруг Партии справедливости и развития (AKP) и президента Эрдогана. Пожалуй, наиболее резко отреагировал уже упомянутый Октай Сарал. В социальной сети X он назвал азербайджанские ограничения «неприемлемыми» и прямо потребовал их отмены. В том же духе прозвучали и другие официальные заявления, а консервативная турецкая пресса не скупилась на упрёки в адрес властей Баку.
Это рассердило Азербайджан, который расценил критику как недопустимое вмешательство во внутренние дела страны и посягательство на основополагающий принцип её государственного устройства — светский характер государства. С чрезвычайно резким заявлением выступила, в частности, правящая партия «Ени Азербайджан» (YAP). В ответ на кризис Эрдоган отменил свой визит на саммит Конференции по делам взаимодействия и мерам доверия в Азии (CICA, 14–15 октября), направив вместо себя в Баку министра иностранных дел.
Спор о школьном дресс-коде, ставший катализатором кризиса, обнажил существующие между Азербайджаном и Турцией противоречия и разногласия. Прежде всего они касаются внешней политики, особенно отношений с Израилем. Для Баку Израиль — близкий партнёр и поставщик вооружений, тогда как Анкара рассматривает его как регионального соперника, потенциально угрожающего безопасности Турции. Достаточно вспомнить многочисленные антитурецкие высказывания израильских политиков, включая премьер-министра Биньямина Нетаньяху.
В сентябре, когда Нетаньяху выступал на заседании Генеральной Ассамблеи ООН, турецкая делегация вместе с представителями более 70 других государств покинула зал. Азербайджанская же делегация осталась, что вызвало недовольство турок. Президент Израиля Ицхак Герцог, принявший участие в упомянутом саммите CICA, прибыл в Баку обычным рейсом азербайджанской авиакомпании, поскольку Турция не разрешает израильским правительственным самолётам использовать своё воздушное пространство. Похоже, Анкару даже не поставили в известность о пролёте Герцога.
Однако истинная причина азербайджано-турецких разногласий лежит гораздо глубже. Она заключается в растущих амбициях Азербайджана, который уже некоторое время позиционирует себя как державу среднего масштаба и намерен выстраивать отношения с внешним миром в соответствии с этим статусом.
Баку и Анкару связывают особые отношения с момента распада СССР. Турция стала для бывшей советской республики гарантом безопасности — две страны связаны формальными союзническими обязательствами, — а также главным политическим и экономическим партнёром. Баку никогда не стремился вступить ни в Европейский союз, ни в Евразийский экономический союз, но хотел торговать со всеми. При этом на севере Азербайджан граничит с Россией, на юге — с Ираном, а на западе — с враждебной Арменией (сейчас ситуация меняется, но это тема для отдельного комментария). Поэтому единственным остававшимся ему вариантом был транзит через Грузию в Турцию.
Именно по этому маршруту пролегли нефтяные и газовые трубопроводы, изменившие энергетический баланс сил в этой части Евразии. Азербайджану они обеспечили возможность безопасно экспортировать свои природные богатства, а Турции дали удобный плацдарм для дальнейшего продвижения на Кавказ и в Центральную Азию.
Тесное сотрудничество, основанное на культурной и языковой общности, отнюдь не означало отсутствия проблем. Баку, будучи младшим и объективно более слабым партнёром, опасался, что Анкара захочет стать для него очередным — после Москвы — «старшим братом».
Первые трения возникли уже на рубеже первого и второго десятилетий XXI века, когда в Турции всё более заметную роль начал играть ислам. Примерно тогда же Анкара предприняла попытку самостоятельно, без оглядки на своего партнёра, нормализовать отношения с Ереваном. Баку удалось заблокировать ратификацию уже подписанных турецко-армянских протоколов, предусматривавших, в частности, открытие границы, и убедить Анкару продолжать блокаду Армении вплоть до урегулирования конфликта вокруг Нагорного Карабаха.
После восстановления контроля над самим Нагорным Карабахом и территориями, которые на протяжении трёх десятилетий находились под контролем армян (это произошло в 2020–2023 годах), Азербайджан почувствовал собственную силу.
Разумеется, немалую роль в этом успехе сыграла помощь Турции. Именно во время «второй карабахской войны» осенью 2020 года знаменитые беспилотники Bayraktar впервые получили широкомасштабное боевое применение. Своё значение имело и отсутствие российской поддержки Армении. Но всё же победу на поле боя одержали азербайджанские солдаты.
В результате Баку охватило вполне объяснимое «головокружение от успехов», которое, впрочем, стало раздражать даже государства, дружественно настроенные по отношению к Азербайджану.
Следует ожидать, что нынешний кризис будет преодолён: Азербайджан и Турция слишком сильно зависят друг от друга. Да и не для того они на протяжении последних десятилетий вкладывали столько сил и ресурсов в развитие двусторонних отношений, чтобы теперь перечеркнуть всё достигнутое.
Однако, по всей видимости, Баку станет для Анкары ещё более требовательным партнёром. Отставка Октая Сарала показала, что давление приносит желаемые результаты.
Войцех Гурецки, главный специалист отдела Турции, Кавказа и Центральной Азии Центра восточноеропейских исследований. Автор книг о Кавказе и Центральной Азии