Мы уже видели 12 тысяч северокорейских военных в Курской области. Они получили определённый боевой опыт, многие из них остались там. Но 50 тысяч — это уже гораздо более серьёзная сила. Как вы думаете, действительно ли КНДР отправит такое количество военных?
Ян Матвеев: Сегодня, по каким-то объективным параметрам, Ким не хочет отправлять войска и не хочет, чтобы назад приезжали гробы. Завтра ситуация изменится, он прикажет — и войска поедут. Поэтому предсказать это невозможно. В любом случае, если такое произойдёт, мы достаточно быстро об этом узнаем. Скорее всего, появятся какие-то фотографии, видео, сливы. Что касается того, насколько это всё изменит ситуацию. Сейчас в российской армии на фронте находятся примерно 700–730 тысяч человек. Соответственно, 50 тысяч — это меньше 10%. Но это, конечно, достаточно весомый прирост.
Если они прибудут единовременно, в составе оснащённых подразделений, то могут оказать серьёзное воздействие на одном из направлений. Или создать напряжённость на каком-то новом участке и пойти в атаку. Но, опять-таки, сейчас фронт устроен так, что большими массами пехоты добиться быстрого результата невозможно. По сути, чем сейчас занимается российская армия? Каждый месяц на фронт прибывают около 30 тысяч человек, и примерно столько же она за месяц теряет в бесконечных атаках.
Допустим, те же 50 тысяч северокорейцев окажутся на каком-то участке фронта, где перед ними будет стоять задача продвигаться вперёд. Если они готовы находиться там год, то за этот год все 50 тысяч могут оказаться погибшими или ранеными. При этом фронт продвинется примерно на пять километров. Может быть, в самом удачном для них варианте — на десять. Как я уже сказал, примерно за полтора месяца российская армия получает сопоставимое количество новобранцев, но примерно столько же за это время и теряет. Так что да, это усилило бы российские войска, но не радикально.
— Скорее всего, северокорейские военные не будут пересекать линию государственной границы. Они заменят тех российских военных, которые сейчас находятся на территории России, а тех, в свою очередь, отправят на фронт. И второй момент. Мы привыкли представлять себе солдат диктатуры как очень дисциплинированных — условно говоря, марширующих «коробочкой». То есть по уровню подготовки северокорейские военные, возможно, превосходят российских. Может быть, они, простите за такую формулировку, будут медленнее «расходоваться»?
Ян Матвеев: Качество военных, в принципе, и раньше не играло решающей роли. А при современных тактиках ведения войны, когда средства поражения настолько массовые, эффективные и опасные, персональные качества солдата как бойца практически не имеют значения. За исключением физических качеств, естественно. Именно поэтому во всех армиях мира есть тесты на физическую подготовку. Человек должен быстро бегать, у него должны быть сильные руки и ноги. Немного соображать тоже, конечно, должен, но главное — чтобы мог быстро бегать и был выносливым. Именно поэтому существует, например, возрастной ценз.
В этом отношении северокорейские военные, скорее всего, будут превосходить российских. Просто потому, что сейчас российские войска пополняются людьми, скажем так, физически непригодными для ведения интенсивных боевых действий. Это люди в возрасте, люди с объективными проблемами со здоровьем и физическим состоянием. Нередко встречаются и проблемы с алкоголем. Отсюда дополнительные сложности и невозможность использовать такого бойца максимально эффективно. Северокорейцы вряд ли отправят 60-летних. Скорее всего, это будут обычные военные — старше 20–30 лет. То есть физически они будут лучше подготовлены.
Но, как показали бои в Курской области, важно не то, насколько быстро ты бежишь по полю. Если ты бежишь по этому полю толпой, то в эту толпу и прилетит снаряд. Важно то, насколько хорошо применяются современные тактические приёмы. И здесь какое-то время северокорейские войска точно будут уступать российским, потому что они не умеют действовать методом инфильтрации и хуже подготовлены к войне с применением беспилотников.
— Это не первый случай, когда украинские военные на учениях побеждают силы НАТО, превосходящие их по численности и количеству техники. Буквально недавно на учениях ещё один бронетанковый корпус НАТО проиграл украинским операторам дронов. Но вместе с северокорейскими военными, так сказать, в пакете идут ещё и артиллерия, и снаряды. Причём поставки боеприпасов идут независимо от отправки военных — до них, во время и после.
Например, недавно украинские дроны атаковали на территории России состав с северокорейской артиллерией. Насколько сильно такая помощь со стороны Северной Кореи может изменить ход войны? Всё-таки сложно представить, что у КНДР настолько мощное производство, чтобы она могла постоянно оказывать России столь масштабную поддержку.
Ян Матвеев: Сейчас каких-то перспектив для дальнейшего существенного увеличения этой помощи уже нет. Для российской армии ситуация скорее может измениться в худшую сторону, потому что поставки начались ещё в 2023 году и продолжаются до сих пор. Судя по всему, ничего принципиально нового и в значительно больших объёмах Северная Корея поставить уже не может. Из того, что происходит сейчас, можно отметить отправку достаточно заметного числа пусковых комплексов KN-23. Это северокорейский аналог «Искандера» — тактическая ракета. Соответственно, поставляются и ракеты к этим комплексам.
Российские военные используют их для ударов по украинским городам. Именно на это, как я понимаю, рассчитывает российский Генштаб: если интенсивно атаковать города баллистическими ракетами, которые украинские зенитчики сейчас не могут сбивать, то украинское общество сдастся, а украинское правительство поднимет руки и вывесит белый флаг. Свежей информации от разведок в последнее время не так много. Но российские военные всегда жаловались на качество северокорейских снарядов.
Северокорейские гаубицы и РСЗО так и не стали массовым оружием. Да и в целом сейчас они не особенно нужны российской армии, потому что есть собственные. Активно использовать артиллерию тоже становится всё сложнее, поскольку практически вся она не очень дальнобойная, а поле боя насыщено дронами. Украинская артиллерия во многом тоже недальнобойная. Если раньше дрон просто не долетал до орудия, то теперь дальность его действия может в десять раз превышать дальность стрельбы самого орудия.
Алексей Бурлаков