Исчезнувшие памятные знаки, советские марши и люди в масках с георгиевскими лентами. Это увидели и услышали те, кто пришел на мемориальное кладбище в урочище Сандармох неподалеку от Петрозаводска 5 августа. В этот день чтят память погибших во время Большого террора 1937 года.
В Сандармохе по подсчетам российского «Мемориала» находится 236 расстрельных ям. В них захоронены 6241 человек. Одна из тех, кто устанавливал эти данные — Татьяна Косинова, бывший член правления Санкт-Петербургского «Мемориала».
5 августа — это день, который ассоциируется с началом Большого террора. Это — дата, когда началась одна из операций Большого террора. С 1998 года по инициативе Петербургского и Карельского «Мемориала» в этот день в Сандармохе проводится именно как день памяти о Большом терроре.
В прошлом — вплоть до 2014 года — это было большое мероприятие, на которое съезжались люди из разных концов россии и из других стран. Приезжала очень большая делегация из Украины. Это место — очень необычное. В Сандармохе, например, лежит большая группа расстрелянных украинцев. Там захоронены те, кто были вывезены в 1937 году из Соловков специальным этапом.
Среди них есть люди самых разных национальностей. Удмуртская интеллигенция, есть расстрелянные финны. Поляки там тоже есть, потому что они сидели на Соловках. Дело в том, что там никогда не проводилась эксгумация. Как, например, это было в польских местах захоронений — в Катыни, в Медном. Мы не знаем. Никто не идентифицировал всех, кто там захоронен.
По приблизительным оценкам, в урочище Сандармох похоронены более 6 тысяч человек. Эти оценки расходятся. Но это —одно из самых больших мест захоронений в Карелии.
В Сандармох каждый год 5 августа и 30 октября приходят зачитывать фамилии тех, кого убил сталинский режим. К месту масового захоронения обычно идут как обычные россияне, так и дипломаты. В этом году почтить память погибших приехали представители консульств Польши, Швеции, Норвегии, Финляндии и Германии. Но все закончилось провокациями.
В этом году был скандал, который был организован казаками. Какими-то местными, карельскими. Очень странно представить, что это за казаки. Журналисты их называют по-разному — какой-то пёстрой публикой. Ими руководили какие-то казаки. Там были какие-то журналисты, которые тоже вели себя достаточно агрессивно.
Но это было и в прошлом году. Изменилась риторика. В этом году, например, журналисты приставали к дипломатам с вопросами: «Зачем вы даёте вооружение Украине?». В прошлом году была риторика такая: «Зачем вы поддерживаете киевский и нацистский режим?».
Развитие есть и в том, что произошло в Карелии. Накануне 5 августа прошли задержания, аресты и обыски у местных активистов, которые участвуют в группе поддержки Юрия Дмитриева, который был арестован в 2016 году. Были большие процессы против него. Сидит по делу, которое, собственно, политически мотивировано и, безусловно, связано с его расследовательской и мемориальной деятельностью.
Сандармох. 5 августа 2024 года.
Что же стоит за провокациями? Почему российская власть пытается стереть память погибших во время Большого террора и переписать историю?
Это — война, которую ведёт Россия против памяти предыдущего периода. Можно сказать, что с гигантской скоростью возвращается советский дискурс о том, что это — место не памяти о жертвах сталинского террора, коммунистического террора, а это — место памяти расстрелянных красноармейцев, якобы расстрелянных финнами. Что якобы все интерпретации этого места как места массовых расстрелов 30-х годов — нерелевантны.
Сейчас в Карелии проходит большой процесс, в Верховном суде Карелии, по признанию геноцида советского народа, который якобы совершали финны. Хотя это не подтверждается ничем, ни историческими, ни архивными документами. Тем не менее, усиливается кампания, и именно с этим связаны плакаты, что финны продолжают геноцид, они теперь вступили в НАТО. Это — кампания против Финляндии, которая раньше была нейтральной, теперь она — страна НАТО.
Российские провокаторы также повесили плакаты, которые обвиняют Польшу, что она сносит памятники советского периода. Абсолютная дезинформация и пропаганда, нацеленная на внутренний российский электорат, который слепо верит Путину.
Это все для того, чтобы вернуть назад историю того, что был героический советский период. Помнить нужно о тех расстрелянных красноармейцах. «Возможно, расстрелянных» в этих местах. Я говорю это в кавычках. А не о тех украинцах, россиянах, карелах, русских, которые были расстреляны во время операции Большого террора и там захоронены.
У нас давно сформировалось такое выражение, что мы имеем непредсказуемое прошлое. Мы не можем разобраться с этим прошлым, и постоянно идут позиционные войны вокруг всех этих событий. И нам как «Мемориалу», и как человеку, который 30 лет и 3 года отдал всем мемориальским исследованиям и всей этой работе, мне грустно признавать, но фактически мы — банкроты.
Мы обнулили все это войной против Украины. Сегодня мы обнулили все свои достижения. И то, что мы имели на этих местах, и не только в Сандармохе, но и в Москве, и в Петербурге, и в Левашово и в других местах, мы имеем откат назад. Он выражается в сносе памятников, в снятии табличек, в переформатировании мест и так далее.
Западные дипломаты в Сандармохе. 5 августа 2024 года.
Сандармох — не единственное место, где российские власти пытаются стереть историческую память. В Иркутской и Пермской областях снесены знаки в память о расстрелянных в 30-е годы поляках. То же самое произошло и в Левашово под Санкт-Петербургом, говорит Татьяна Косинова, бывший член правления Санкт-Петербургского «Мемориала».
Когда-то это была территория Ленинградской области, теперь это место находится в границах Санкт-Петербурга. Это — один из расстрельных полигонов. Точнее как, это — место захоронения расстрелянных людей, расстрелянных в подвалах, скорее всего, на Литейном или в каких-то других местах. Потому, что это место находилось рядом с воинской частью. Там можно было стрельбу объяснить какими-то учебными стрельбами. Тем не менее, там рядом находился аэродром, там рядом находилась дачи НКВД.
Туда свозили жертв террора, начиная с 1937 года. Никаких подлинных документов или исследования этого места нет. Когда-то в 1989 году Ленинградское КГБ представило его как главное и основное место расстрела.
Оно — единственное из мест, которое имеет статус мемориального кладбища в Петербурге. В прошлом году оттуда исчез польский памятник. Он — единственный, который исчез. Почему польский? Трудно представить.
Российская власть на этом навряд ли остановится. Вопрос, что станет объектом следующего исторического варварства?
Материал можно послушать в добавленном звуковом файле
Лариса Задорожная