Отношение поляков к Украине и украинцам становится всё более противоречивым. Согласно последнему исследованию польского аналитического центра Res Futura, количество негативных высказываний в социальных сетях продолжает расти.
Если исключить нейтральные публикации, подавляющее большинство сообщений, связанных с Украиной, носят негативный характер. Всё больше места в общественной дискуссии в Польше занимают исторические споры — прежде всего тема Волынской трагедии и УПА, а недавний дипломатический конфликт вокруг лишения Владимира Зеленского Ордена Белого Орла лишь усилил напряженность. Как утверждаю авторы исследования польского сегмента соцсетей, война в Украине вообще исчезла из фокуса внимания большинства их пользователей.
На этом фоне всё чаще звучат антимигрантские лозунги, а объектом политических спекуляций становятся иностранцы, живущие в Польше.
О том, готово ли польское общество отказаться от мифа о собственной моноэтничности и почему понимание прошлого необходимо для осмысления настоящего, мы поговорили с польской писательницей, автором исторических репортажей «Беженство 1915. Забытые беженцы» и «Камни должны были полететь» Анетой Прымакой-Онишк.
Отчасти — да. Хотя бы потому, что мои книги не появились в пустоте. Они появились именно потому, что существует запрос на такой разговор. Очень многие люди понимают: история Польши как мононационального государства — это неправда. Где-то мы все перемешаны. Есть замечательная репортёр из Гданьска Магдалена Гжебалковска, которая говорит, что мы все — «дворняги». Она сама выросла в Гданьске, казалось бы, в пространстве польской идентичности, но потом вдруг выясняется, что у семьи были немецкие корни, а бабушка приехала из-под Львова и в молодости говорила по-украински.
Поэтому история о том, что мы все перемешаны, для многих оказывается гораздо более честной и подлинной. Я вижу это и по своим встречам с читателями — в Варшаве, Кракове, Вроцлаве. Люди приходят просто потому, что хотят узнать больше. Они чувствуют, что эта история касается и их самих.
Сегодня в Польше одновременно происходят два процесса. С одной стороны, общество начинает воспринимать себя как неоднородное, присутствие национальных и этнических меньшинств становится всё более заметным в общественном дискурсе. С другой — страна приняла огромную волну мигрантов и беженцев из Украины и Беларуси, растёт число экономических мигрантов с других частей мира. Насколько это усложняет процесс, о котором вы говорите, или, наоборот, эти процессы дополняют друг друга?
Мне кажется, всё гораздо сложнее и неоднороднее. Безусловно, появление большого числа беженцев и мигрантов приводит к тому, что именно они становятся своеобразными «козлами отпущения». Это история, хорошо известная во всём мире. Очень часто политики — в том числе польские — используют именно тему мигрантов.
Согласно исследованиям, польское общество сегодня фактически разделено примерно пополам. К сожалению, складывается впечатление, что соотношение постепенно меняется не в лучшую сторону. Но есть и другая часть общества, которая понимает: беженцы и мигранты — это люди, спасающиеся от войны или ищущие лучшей жизни. И без них наша страна, к примеру, Варшава, где мы сейчас разговариваем, — уже просто не смогла бы нормально функционировать. Если бы все украинцы и белорусы уехали, Варшава и вся Польша остановилась бы. Люди это понимают, в том числе и в экономическом смысле.
Но даже сегодня мне довелось услышать несколько случайных разговоров, в которых звучали популистские и совершенно пустые аргументы: «они здесь слишком распустились». Что это вообще значит? Что люди разговаривают на своём родном языке на улицах Польши? Или другой тезис: «они отнимают у нас работу».
Поэтому настроения сегодня очень разные и очень напряжённые. Одни говорят — возможно, это влияние уже моего информационного пузыря: «Боже, наконец-то в Польше можно жить, потому что она стала по-настоящему разнообразной». Но одновременно растёт национализм, и политики этим активно пользуются. Практически каждые выборы показывают всё более высокую поддержку крайне националистическим силам.
В своих книгах вы исследуете отношения большинства и меньшинства, в частности на примере белорусов Подляшья. Возникает вопрос, который перекликается с названием одной из ваших книг: видите ли вы сегодня опасность того, что в Польше — пусть не сейчас, а скажем, через несколько лет — «камни снова полетят» в одну из сторон? Или всё же польское общество после трагического опыта Второй мировой войны, четвертьвекового членства в НАТО и Европейском союзе уже выработало определённый иммунитет в этом плане?
Сегодня очень трудно что-либо прогнозировать. Впрочем, как и всегда. Любой прогноз — это в какой-то степени гадание на кофейной гуще. Мы точно не живём в вакууме. Всё, что происходит в мире, очень сильно влияет и на нас. Процессы, которые происходят сегодня в Польше, — часть гораздо более широких мировых процессов. Так было всегда.
Вторая мировая война тоже была огромной волной, которой было невероятно трудно противостоять. Хотя и тогда существовали люди, в том числе в Германии, которые понимали, к чему всё идёт, и умели делать выводы. Но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить катастрофу.
Сегодня, мне кажется, игра ещё продолжается. Мы не знаем, что будет дальше. Мы смотрим прежде всего на Украину, потому что от происходящего там во многом зависит и то, что ждёт нас.
Многие говорят, что происходящее сегодня слишком напоминает события, предшествовавшие Второй мировой войне, и что всё закончится трагедией. Но будущее никому не известно.
Единственное, что мы действительно можем делать, — это честно выполнять свою работу. Я глубоко убеждена, что прошлое — это ключ к пониманию настоящего. Поэтому моя задача — соединять факты, рассказывать людям об этом, говорить об этом со своими детьми, чтобы они тоже понимали происходящее и умели делать собственные выводы.
Нужно просто делать своё дело и пытаться противостоять тому, что сегодня вызывает тревогу и страх. На судьбу мира всегда влияют события, которые невозможно предвидеть. Иногда они оказываются страшными, а иногда — наоборот, дают надежду.
Трудно быть оптимистом, но быть пессимистом тоже не имеет смысла. Нужно просто делать своё дело. Польское общество уже не раз показывало, что в критические моменты способно проявлять зрелость и мудрость.
И сегодня особенно важна способность мыслить критически. Помимо того что история словно повторяется, а мы живём в эпоху интернета, массовых коммуникаций и искусственного интеллекта. Всё это совершенно новые явления, и мы ещё не знаем, как они повлияют на нас как на общество. Но одно очевидно: критическое мышление сегодня необходимо как никогда. Это то, что каждый из нас может делать — для себя, для своих близких и для будущего.
Эдуард Жолуд