Журналисты Польского радио для зарубежья Халина Остас и Ирина Завиша в апреле посетили Узбекистан. Целью визита было в первую очередь знакомство с польской диаспорой в этой стране.
Откуда там поляки? Еще в XIX веке они попадали туда как солдаты, офицперы российской армии, ученые, инженеры. Часть Польши, вообще бывшей Речи Посполитой тогда входила в состав России, а поляки были рассеяны по всей империи. В ХХ веке поляки попадали в Узбекистан, среди прочего, также по военной линии. Но уже не по собственному желанию. В 1939 году СССР вслед за Германией напал на Польшу и отторгнул ее восточные регионы. Вскоре часть польского населения оттуда была депортирована вглубь СССР. А те пленные солдаты Войска Польского, которых не расстреляли в Катыни и других подобных местах истребления людей, спаслись уже после нападения Германии на СССР в 1941 году. Советские власти согласились освободить часть польских граждан, ранее депортированных вглубь СССР. Из них начали формировать армию во главе с генералом Андерсом, которая в 1942 году была эвакуирована из СССР через Иран. Часть польских военных и гражданских оказалась в Средней Азии, в том числе на территории современного Узбекистана, где формировались и концентрировались польские армейские подразделения, а также находились лагеря для эвакуированных поляков. Именно поэтому в Узбекистане сегодня живет часть потомков тех, кто прошел через депортации и этапы формирования Армии Андерса.
Халина Остас давно знает эту историю. И это дало ей толчок, чтобы заняться организацией поездки в Узбекистан.
Халина Остас: Я раньше слышала о живущих там поляках, потомках наших солдат из формировавшейся там в 1941–1942 годах Армии Андерса. Узбекистан также меня интересовал как одно из крупнейших государств Центральной Азии. Но мечтой было посещение именно нашей польской диаспоры в Узбекистане, и это удалось. Что касается поляков, то там живут несколько тысяч человек, которые признают свою принадлежность к польскому народу, но, как сказал временный поверенный в делах Республики Польша в Республике Узбекистан и Республике Таджикистан Мариан Пшездзецки, людей с польскими корнями, если учитывать дедушек и прадедушек, возможно, гораздо больше. И фактически только сейчас они открывают свои корни, начинают возвращаться к польской идентичности, интересоваться деятельностью польских организаций и изучением польского языка, что, как мне кажется, очень важно. Многие из них хотят учиться в Польше, и уже много таких людей начали обучение и в Варшаве, и, например, во Вроцлаве. И что интересно, несколько лет назад, будучи еще ранее послом Польши в Узбекистане (2011–2015 гг. — Ред.) Мариан Пшездзецки посодействовал тому, чтобы начал осуществляться проект по приглашению, предоставлению возможности узбекской молодежи с польскими корнями, обучаться в лицеях в Польше. Это было определенным новшеством. И оказалось настоящим попаданием в точку, потому что несколько десятков человек в разных местах Польши начали обучение в польских лицеях, а многие из них вернулись в Узбекистан и стали своего рода послами польской культуры и польской идентичности.
Какие впечатления оставил современный Узбекистан у Халины Остас?
Халина Остас: У меня раньше было такое впечатление, что это постсоветская страна, возможно, не слишком развитая, но это представление полностью рассеялось. Это страна, которая очень динамично развивается. Я видела множество возникающих бизнес-центров, строящиеся огромные здания из стекла и стали, красивые улицы, очень много молодых людей. Достаточно сказать, что ежегодно рождается миллион молодых узбеков, так что это страна с очень большим демографическим потенциалом. И в этом году, как и Польша, она достигла 37 миллионов жителей, но их демографический потенциал значительно больше.
Ирина Завиша и Халина Остас в посольстве Польши в Узбекистане.
А вот каким предстал Узбекистан перед Ириной Завишей. Первый вопрос к ней: заметны ли там реликты СССР, «русского мира»?
Ирина Завиша: Честно говоря, реликтов бывшего СССР я там не заметила. Это касается как Ташкента, так и Самарканда, потому что довелось побывать лишь в двух городах. Там сочетаются европейский и восточный колориты. Очень чисто, очень красиво, никаких лозунгов, оставшихся от Советского Союза, будь то на траве или на бетоне, вроде «Да здравствует коммунизм!» или чего-то подобного, не осталось. Более того, есть одна интересная деталь. Мы были у памятника Амиру Тимуру, то есть Тамерлану. Это очень красивый памятник — конная статуя в Ташкенте. И председатель организации польской диаспоры «Польский класс», сказала, что раньше на этом месте стоял памятник Карлу Марксу. То, что его заменили на Тамерлана, мне кажется, символизирует очень многое.
А насколько там распространен русский язык?
Ирина Завиша: Русский язык очень распространен. На русском языке говорят практически все встреченные нами люди — как среди представителей польской диаспоры, так и просто на улице. Нам довольно часто приходилось спрашивать дорогу. Мы общались в транспорте, в гостинице с людьми, которые между собой говорили на узбекском языке. Вообще люди между собой говорят на узбекском, и иногда возникало опасение, что нам не ответят по-русски. Тем не менее, независимо от возраста, и люди старшего поколения, и молодежь на вопрос, заданный на русском языке, отвечали по-русски. Кто-то лучше, кто-то с большим или меньшим акцентом, а кто-то вообще без акцента. Должна сказать, что в гостинице есть русскоязычные телепрограммы, но никаких информационных передач или новостей. В основном это сериалы. Это то, что я заметила. А в целом «русского мира» как российской пропаганды я лично не заметила.
А слышны ли в Узбекистане отголоски войны России против Украины и войны на Ближнем Востоке?
Ирина Завиша: Опять же, в наших беседах — в основном с представителями польской диаспоры, а также с представителями интеллигенции Узбекистана, в частности с руководством Госмузея истории и культуры Узбекистана, — эта тема не звучала. Но я думаю, что в душе люди, конечно, очень сочувствуют Украине. Что касается войны на Ближнем Востоке, разговоров на эту тему не было...
А какой Узбекистан сегодня — более светский или исламский?
Ирина Завиша: Сегодняшний Узбекистан — светско-исламский, если можно так сказать. Ислам в Узбекистане чрезвычайно толерантен к представителям других религий. Мы видели исключительно красивые мечети, и туда может зайти даже турист или туристка— главное, надеть соответствующее одеяние. Это даже не платки, а очень красивые плащи — очень эстетичные. Можно войти даже на молебен в Центр исламской цивилизации, в потрясающе красивом комплексе, по которому можно буквально часами гулять. По вечерам там показывают лазерное шоу, где представлена вся история Узбекистана. К туристам относятся очень толерантно. Мы с Халиной Остас были в мечети. Надев специальные накидки, можно было посетить молебен. Более того, при входе в мечеть нам даже слегка помазали руки очень приятными восточными духами, чтобы благоухать. При этом колорит пения муэдзина создавал чудесные впечатления — очень благоприятные и даже успокаивающие, потому что мечети находятся в красивых парках. А среди особенностей я все-таки отмечу, что очень много молодых женщин носят хиджаб. Лицо открыто, модная одежда, украшения, макияж — и при этом хиджаб. Некоторые наши собеседники говорили, что это связано не столько с истовой религиозностью, сколько с определенной модой, пришедшей из арабских стран.
Из поездки в Узбекистан Халина Остас и Ирина Завиша привезли огромное количество записей интервью с местными поляками. Их вы услышите в ближайшее время в передачах Польского радио для зарубежья.
Виктор Корбут
Аудиоверсию интервью с Халиной Остас и Ириной Завишей слушайте в добавленном файле.