Диктатор Беларуси Александр Лукашенко считает белорусов русскими. Белорусы преимущественно говорят на русском языке, но при этом, похоже, не стремятся вступить в состав России. В чем парадокс этого народа?
27 июля исполнится 35 лет со дня принятия Верховным Советом Белорусской Советской Социалистической Республики декларации о государственном суверенитете. Этот день до 1996 года являлся официальным Днем независимости, пока его не отменил (путем противозаконного «референдума») тогда еще легитимный президент Александр Лукашенко.
10 августа исполнится пять лет со дня фальсификации Лукашенко в 2020 году выборов президента, на которых он вновь приписал себе победу, а народ не промолчал, как обычно, а вышел на улицы. Подавить протесты Лукашенко помог Путин. В благодарность минский диктатор поддержал московского в агрессии против Украины, возобновившейся в феврале 2022 года.
Исследование Института социологии Национальной академии наук Беларуси, проведенное в апреле 2025 года, гласит, что 22,4% белорусов считают началом национальной государственности времена Великого княжества Литовского, 5,9% — Речи Посполитой и лишь 3,1% — Российской империи. После того, как эти данные в июле 2025 года рспространились в сети, их сняли с сайта института. Учреждение подчинено режиму Александра Лукашенко, проводящему с 1994 года пророссийскую политику. Но куда смотрят сами белорусы: в сторону России, Литвы, Польши, ЕС, Украины?
Блогер Ян Лис, изучающий в Варшавском университете балто-славянские отношения, анализирует официальный нарратив минского режима и настроения самих белорусов.
Ян Лис: Я бы частично не согласился с тем, что белорусы не хотят вступать в состав Российской Федерации. Учитывая современную языковую и культурную ситуацию в Республике Беларусь, можно сказать, что во многих сферах это де-факто уже произошло. И если представить себе гипотетическую «интеграцию» Беларуси в состав РФ, для большинства жителей мало что изменится в повседневной жизни. К сожалению, ситуация в Беларуси сегодня довольно запущенная, поэтому формальная независимость уже мало что значит, особенно с точки зрения национальной идентичности.
Может ли так случиться, что Беларусь навсегда останется частью так называемого «русского мира»?
Ян Лис: Конечно, это возможно. В Беларуси мы имеем дело с ситуацией, в которой любые перемены будут напрямую зависеть от внутренних кризисов в самой России — военных, политических, экономических. Ослабление России создает «окно возможностей» для Беларуси. Воспользуется ли она им — вопрос открытый, но это, безусловно, необходимое условие для перемен.
Я хотел бы вернуться к социологическому опросу, проведенному недавно в Беларуси. Интересно, что большинство опрошенных видят истоки белорусской государственности в Великом княжестве Литовском. И в связи с этим у меня к вам вопрос как к человеку, хорошо знающему и Литву. Казалось бы, это должно стимулировать белорусов к сближению с Литвой, а не с Россией — ведь государства были в союзе более 500 лет, в том числе вместе с Польшей и Украиной в составе Речи Посполитой. Общих исторических и культурных связей очень много, как вы считаете?
Ян Лис: Вы правы: действительно, исторически, культурно и даже по языку белорусы ближе к Литве, чем это принято считать. Но последние 250 лет российского господства во многом «переписали» идентичность, сформировавшуюся за столетия. Это и есть парадокс — с одной стороны, белорусы чувствуют историческую связь с Литвой, с другой — остаются частью «русского мира», как говорит Лукашенко. На заре белорусского национального движения существовали очень тесные связи между белорусскими и литовскими деятелями. В 1915 году, например, был проект воссоздания Великого княжества Литовского. Затем обсуждалась идея белорусской автономии в составе Литовской Республики — речь шла о районе примерно от Гродно до Молодечно. Это можно рассматривать как попытку возрождения Великого княжества Литовского. Но, к сожалению, этот проект не удался.
Мне кажется, что идеология «русского мира», унаследованная от Российской империи и поддерживаемая в СССР, вытеснила в Беларуси многие другие формы идентичности. Она привела к исчезновению того уникального многоязычного, мультикультурного пространства, которое существовало на современном белорусско-литовском пограничье. На этих территориях люди веками говорили на белорусском, польском и литовском, свободно переходя с одного языка на другой. Это уникальная ситуация — без военных конфликтов, как, например, на Балканах. «Русский мир» нивелировал все это, и сегодня молодежь там говорит в основном на русском. Но может ли вновь литовский фактор стать основой для новой белорусской идентичности?
Ян Лис: Да, безусловно. Осознание важности балтского, литовского наследия в Беларуси сегодня практически отсутствует. Белорусская историография частично заимствовала модели из российской имперской историографии: все православное и «русское», что существовало в Великом княжестве Литовском, трактуется как «белорусское». Но на самом деле большинство предков белорусов не имели «русской» идентичности — они жили в селах, не принадлежали к православной элите, не были жителями «русских» городов. В этом — большая ловушка. Да, предки белорусы жили в составе Великого княжества Литовского, но это не значит, что они были «русскими», как это часто интерпретируется. В Российской империи утверждали, что когда эти земли вошли в ее состав, что предками белорусов вместо литовских или польских феодалов стали управлять русские. И это было как будто «улучшение» их положения.
Вильнюс. Скульптура на крыше кафедрального собора и башня замка великих князей литовских на Замковой горе.
Что может стать основой для будущего сближения Беларуси и Литвы?
Ян Лис: На мой взгляд, это должно быть осознание общего культурного и этнолингвистического прошлого. До появления ВКЛ на этих территориях жили племена, говорившие на близких балтских языках. Осознание балтского компонента в белорусской культуре могло бы стать ключом к возвращению Беларуси и в более широкий европейский культурный контекст. Я бы даже сказал — речь идет не столько о вступлении в ЕС, сколько о восстановлении исторической связи с ближайшими соседями: Литвой, Польшей, Украиной. Возвращение в культурное пространство Речи Посполитой — вот реальный путь.
Мы, конечно, не можем решать за белорусов, но можем предложить им варианты. Мы попытались это сделать — с опорой на историю и здравый смысл.
Виктор Корбут
Аудиоверсию интервью с Яном Лисом слушайте в добавленном файле.