Одной из наиболее актуальных тем фестиваля, посвященного польскому языку, стала польская речь в мире искусственного интеллекта и цифровой коммуникации. Партнёром языковой секции фестиваля был Университет Марии Кюри-Склодовской в Люблине, а её куратором — профессор Павел Новак из Института наук о социальной коммуникации и СМИ Университета Марии Кюри-Склодовской. Я пригласила профессора Новака к беседе.
Искусственный интеллект — это то, что всех нас одновременно и увлекает, и порой пугает, но с чем мы уже живём каждый день. Правда, «интеллект» — название некоторым образом условное, потому что это всего лишь огромная база данных. Но можно ли сказать, что польский язык меняется под влиянием ИИ?
Павел Новак: Наверное, я должен сказать, что, к сожалению, меняется. Потому что, как вы сказали, это не интеллект, а инструмент — инструмент, который использует то, что ему было дано, что ему было передано. И этот инструмент часто основывается на текстах, которые с языковой точки зрения некорректны, плохо построены, являются кальками с иностранных языков. Очень часто он соединяет формы польского языка, главным образом, с формами английского, и это очень отчётливо видно в текстах, которые он сам генерирует. Или когда его просят исправить какой-либо текст с точки зрения, например, языковой правильности, либо сделать его более понятным, появляются конструкции, которые человеку, чувствительному к языку, не помогают, потому что используются неправильные формы глаголов, неправильно употребляются, например, падежи дополнения.
Впрочем, это вполне понятно людям, воспитанным в корпоративной культуре, то есть привыкшим к так называемому корпоративному языку — в основном английскому, смешанному с польским. Им так общаться легче. Но я действительно надеюсь, что тенденция к тому, чтобы этот язык стал единственным языком, на котором мы общаемся, остановится. Стоит помнить об основе, помнить о том, каким был наш язык до эпохи ИИ.
Парадоксально, что ИИ создают и обучают его самые настоящие живые люди: они вводят в него содержание, слова, выражения, которые используются в языке. Тем не менее, как вы заметили, предложения и формулировки, созданные с помощью ИИ, порой кажутся немного неестественными, стандартизированными, лишёнными, если можно так сказать, признаков человеческой речи, и в них появляются неуклюжие конструкции. Как объяснить этот парадокс? Это исключительно результат кальки с иностранных языков?
Павел Новак: Парадокс, безусловно, заключается в использовании ИИ текстов, которые являются текстами культуры, а не текстами повседневной коммуникации. Потому что, конечно, проще всего и экономически наиболее выгодно нанимать людей, у которых есть время, желание и возможность обучать эти модели тому языку, на котором они сами говорят. И тогда этот язык выполняет коммуникативную функцию, потому что он очень понятен. Однако в этих моделях не хватает обращения к текстам художественным, к текстам, которые предъявляют к получателю более высокие требования — с точки зрения формы, построения, способа коммуникации. Просто необходимо было бы — с пользой для создателей этих моделей и с учётом авторских прав и многих других вещей, о которых мы знаем, что они очень-очень важны, — обучать их также и на таких текстах. Это позволило бы выровнять уровень и дать возможность выбирать уровень, на котором мы будем общаться.
Вы входите в Совет польского языка. Поэтому я не могу не спросить вас и о введении этим органом новых правил польской орфографии. Это тоже вызывает много эмоций, рождает множество вопросов и даже опасений по поводу правильного написания школьных и студенческих работ, а также книг, статей, официальных и личных писем — словом, любых текстов. С чем была связана необходимость этих изменений?
Павел Новак: Если говорить о написании с большой буквы — или с прописной буквы, потому что оба варианта в польском языке правильны, — то есть четыре принципа. Три из них неизменны: это исторический принцип, морфологический принцип и системный принцип, связанный с различными категориями, которые являются неизменными и вытекают из языковой системы. А четвёртый принцип — это принцип общественного употребления, то есть того, как люди используют орфографию, как они записывают слова в повседневной речи, в своей обычной, не самой внимательной с точки зрения орфографии коммуникации. И это не тексты учеников и не тексты учителей, а наши повседневные тексты, которые мы пишем. И когда в 2024 году мы, как Совет польского языка, объявили, что с 2026 года произойдут эти орфографические изменения, многие начали кричать о революции, заговорили о покушении на польский язык, нас очень сильно критиковали за то, что мы вообще осмелились ввести эти изменения. Но нужно понимать, что изменение абсолютно косметическое и касается только этих четырёх критериев написания с большой буквы. С точки зрения языка мы не меняем систему, не меняем никаких других правил. А с момента последнего изменения такого рода прошло 90 лет.
Павел Новак: Как мы можем предположить, 90 лет — это очень долгий срок, особенно сейчас, когда все мы можем писать в самых разных социальных сетях, в самых разных формах и по-разному. Поэтому необходимо было учесть мнение пользователей языка — и мужчин, и женщин. Именно поэтому и произошли эти изменения. Некоторые из них людям кажутся ненужными, потому что они редко используют такие языковые формы. Но некоторые действительно замечательны. У меня есть три фаворита. Первый — это написание с большой буквы названий жителей и жительниц различных регионов, городов и населённых пунктов, без разделения на регионы и государства. И на этом примере очень хорошо видно, насколько важно то, что происходит вокруг нас. Когда для людей важнее всего была государственная или региональная принадлежность, тогда и большая буква использовалась соответственно. А населённый пункт не имел такого субъектного характера, он не был настолько важен. Сейчас же он его приобрёл, и поэтому это правило пришлось изменить. Во-вторых, унификация написания частицы nie с прилагательными в сравнительной степени. Потому что это тоже было очень интересно, но трудно для запоминания: в положительной и сравнительной степени nie мы писали слитно, а в превосходной — раздельно. Теперь же реформа приведёт к тому, что нам вообще больше не придётся об этом задумываться. Ну и, в-третьих, конечно, окончательное и однозначное правило о том, что nie с действительными и страдательными причастиями всегда пишется слитно — независимо от контекста и независимо от употребления. Это мои фавориты, хотя и другие изменения я тоже считаю необходимыми и важными.
Моя «фаворитка» — тоже написание с большой буквы названий жителей и жительниц всех без исключения населённых пунктов. Я горжусь тем, что я — Варшавянка, и теперь это пишется с большой буквы!
***
В дополнение к беседе с профессором Павлом Новаком — ещё несколько примеров написания слов с прописной или заглавной буквы в правилах польской орфографии.
Расширение употребления прописных букв коснулось, в частности, названий брендов и конкретных изделий. Например, в предложении „kupiłem nowego Mercedesa” — «я купил новый „Мерседес”» — слово Mercedes пишется с большой буквы, поскольку обозначает конкретный автомобиль данной марки.
С большой буквы теперь пишутся также названия некоторых географических объектов и достопримечательностей, если перед их собственным названием стоят такие слова, как osiedle — жилмассив, plac — площадь, park — парк, zamek — замок, most — мост, pomnik — памятник, aleja — аллея, brama — ворота, bulwar — бульвар.
Spotkajmy się na Placu Zamkowym w Warszawie.
«Давайте встретимся на Замковой площади в Варшаве».
Здесь Plac Zamkowy пишется с прописных букв.
Spacerowaliśmy po Moście Świętokrzyskim.
«Мы гуляли по Свентокшискому мосту».
Здесь Most Świętokrzyski — название конкретного объекта, поэтому оба слова пишутся с большой буквы.
Автор передачи: Ирина Завиша
Слушайте передачу в прикреплённом файле.
.