X
Уважаемый пользователь!
25 мая 2018 года вступило в силу Распоряжение Европейского парламента и Европейского совета 2016/679 от 27 апреля 2016 г. (RODO). Предлагаем ознакомиться с информацией, касающейся обработки персональных данных на портале PolskieRadio.pl
1.Администратором данных является Polskie Radio S.A. с местонахождением в Варшаве, Алея Неподлеглости 77/85, 00-977 Варшава.
2.В вопросах, связанных с Вашими данными, необходимо контактироваться с Инспектором по защите данных, e-mail: iod@polskieradio.pl , тел. 22 645 34 03.
3.Персональные данные в маркетинговых целях будут обрабатываться на основании согласия.
4.Доступ к персональным данным может осуществляться исключительно с целью правильной реализации услуг, указанных в политике конфиденциальности.
5.Персональные данные не будут передаваться за пределы Европейской экономической зоны или международным организациям.
6.Согласно закону, персональные данные будут хранится в течение 5 лет после деактивации аккаунта.
7.Вы имеете право доступа к своим персональным данным, можете исправлять их, переносить, удалять или ограничивать обработку.
8.Вы имеете право опротестовать дальнейшую обработку данных, а в случае выражения согласия на обработку у Вас есть право отозвать его.
9.У Вас есть право направить жалобу в контрольный орган.
10.Polskie Radio S.A. информирует о том, что в процессе обработки персональных данных не принимаются автоматизированные решения и не используется профилирование.
Больше информации по этому вопросу Вы найдете на страницах персональные данные и политика конфиденциальности.
ПРИНИМАЮ
Русская редакция

Катынское преступление в тени политики великих держав

02.07.2020 23:55
Разговор с немецким публицистом Томасом Урбаном, автором монографии «Катынь. Преступление и пропагандистская борьба великих держав». 
Аудио
  • Разговор с немецким публицистом Томасом Урбаном, автором монографии «Катынь. Преступление и пропагандистская борьба великих держав».
     (  ) ,   . 1  1943  foto:wikipediaPublic domain
"Большая тройка" на Тегеранской конференции (сидят слева направо) Сталин, Рузвельт и Черчилль. 1 декабря 1943 года foto:wikipedia/Public domainfoto:wikipedia/Public domain

Катынь является одним из символов польской мартирологии и свидетельством ужасных преступлений Советского Союза против польского народа. Расстрелы около 22 тысяч польских военнослужащих, попавших в советский плен в результате совместного нападения СССР и Германии на Польшу в сентябре 1939 года, были проведены в апреле-мае 1940 года. Смертный приговор полякам был вынесен 5 марта того же года на основании решения Сталина и Политбюро ЦК ВКП(б).

Историки до сих спор дискутируют по поводу того, что именно подтолкнуло Сталина истребить польских военнопленных, львиная доля которых являлись офицерами. Среди них была масса офицеров запаса, которые в гражданской жизни работали врачами, адвокатами, инженерами, учителями и преподавателями итд.

В апреле 1943 года мир облетело известие, что в лесу под Смоленском немцы обнаружили массовые захоронение с останками польских военнопленных, убитых выстрелом в затылок. Гитлеровская пропаганда пыталась играть катынской картой, чтобы таким образом вызвать раскол в лагере союзников. Кремль, понятное дело, все отрицал и вину за расстрелы сваливал на немцев. Вокруг катынского дела началась игра великих держав.

Именно этому аспекту Катыни посвящена монография немецкого журналиста Томаса Урбана «Катынь. Преступление и пропагандистская борьба великих держав», которую в конце прошлого года издали в Польше.

Мне удалось пообщаться с автором, который долгое время был корреспондентом газеты Süddeutsche Zeitung в Москве и Киеве.

Томас Урбан подчеркивает, что когда немцы обнаружили захоронения расстрелянных НКВД польских пленных, Катынь превратилась в сложную и крайне неудобную проблему в отношениях между СССР и западными союзниками ввиду того, что Польша была членом антигитлеровской коалиции:

Тогда, в 43-м году это был очень важный вопрос потому, что, в принципе, немцы, а именно министр пропаганды Геббельс декларировал, что это было преступление НКВД. Это означало, что советская сторона убила офицерский корпус одного из союзников. Как известно, с 41-го года официально Польша и Советский Союз  были по одну сторону. С точки зрения Геббельса информация о Катыни должна была разделить союзников. Этого не получилось.

Однако, с другой стороны, союзники понимали, кто стоит за этим преступлением. Возникает вопрос, можно ли утверждать, что с самого начала и британцы, и американцы, а также французы, зная, что это дело рук Сталина, вели нечестную игру в отношении своих польских союзников. Томас Урбан не разделяет такой взгляд: 

Это общепринятая теза в Польше. Я не соглашусь с этой тезой. Я думаю, я изучал тысячи и тысячи американских документов и думаю, что в Белом доме в Вашингтоне действительно верили, что это было преступление немцев. Советники Рузвельта у них в принципе была очень сильная тенденция симпатии к Сталину. Они может быть не хотели верить [что Катынь это дело рук Сталина] и они не верили и думали, что это были немцы.

В Лондоне это было немножко иначе. У Черчилля не было сомнений, что, в принципе, можно думать, что это было НКВД потому, что у Черчилля не было никаких иллюзий насчет сталиновского режима. Он знал, что там были политические убийства, что там был ГУЛАГ. Черчилль все это прекрасно понимал. В лондонском МИДе сформировались две группы ученых, дипломатов, экспертов, которые изучили всю информацию, которая им пришла из Берлина и Москвы. И потом оказалась, что одна группа, которая анализировала все это, они в своем рапорте написали, что это были немцы, а другая группа написала, что все-таки так выглядит, что это было НКВД. Из этого следовало, что Черчилль решил, что не будет никакого официального комментария со стороны великобританского правительства. Они просто молчали.

Тем не менее, Катынь вызвала кризис и привела к тому, что польское эмиграционное правительство в Лондоне 25 апреля 1943 года разорвало отношения с Советским Союзом. В ответ сталинское правительство обвинило поляков в том, что они являются гитлеровскими прислужниками. Британцы и американцы попытались потушить разгоревшийся кризис, но их попытки оказались тщетными:

У них в принципе не было большого поля маневра. У них конечно на политическом уровне, на военном уровне союзник Сталин был... Они не могли выиграть войну без Сталина, без Советского Союза. Они это понимали. С другой стороны, как я уже объяснил, у них не было ясности. Не надо запоминать, что это был Геббельс и что в группе немецких экспертов там тоже были важные нацисты. Председатель этой немецкой группы экспертов это был венгерский профессор медицины. Он был председателем Антисемитского союза врачей в Будапеште. Это значит, что, с точки зрения Лондона, все изначально выглядело, что может быть все таки это немецкая пропаганда. Они не знали поэтому они молчали и продолжали войну так [как до того]. Вообще не было никакого официального комментария.

Томас Урбан также рассказал о шагах, предпринятых Советским Союзом с целью затушевать катынское дело перед лицом международной общественности:

Там было очень много активности. Например, советский МИД пригласил западных корреспондентов в Катынь в январе 44-го года. Они им там показали эти открытые  захоронения и большинство корреспондентов потом написало, что действительно так выглядит, что это были немцы. Не надо забывать об этом в [тогдашним] контексте. Я не думаю, что они врали. Они думали, что это  действительно были немцы — и корреспондент BBC и New York Times и так далее. Они так думали потому, что они раньше видели другие места немецких преступлений. Например, они были в Бабьем Яре в Киеве и там не было сомнений, что это были немцы. Был Бабий Яр, потом Катынь — для них это было ясно.

Потом, после войны, была большая советская активность, чтобы влиять на Нюрнбергский процесс. Там была кампания в прессе, которая, что интересно, начиналась в Скандинавии. Там были разные или наивные западные корреспонденты или информаторы и агенты влияния от Коминтерна, которые просто повторяли эту версию, что это были немцы и вся западная пресса потом это опубликовала.

Фактически сразу после окончания Второй мировой войны начинается холодная война. Ее символическим началом принято считать речь Черчилля в Фултоне в марте 1946 года, в которой прозвучала фраза о «железном занавесе», ставшая впоследствии крылатой. И тогда вновь всплывает катынский вопрос. Немецкий публицист рассказал в этой связи об одном малоизвестном и интересном эпизоде:

Тема вернулась в американскую дискуссию в 51-м году во время войны в Кореи. Там были такие случаи, что американские военнопленные были убиты и они тоже получили пулю в затылок. Потом эти американцы, которые с самого начала думали, что это было НКВД и которые раньше были в меньшинстве, тогда в контексте войны в Корее пресса хотела опубликовать их анализ. Потом они получили политическую поддержку и это стало важной темой для американской прессы и политики в 52-м году

Томас Урбан коснулся вопроса ревизионизма и лжи, которая до сих пор звучит в России, что, мол, Катынь – это гитлеровское преступление:

Это очень интересный вопрос насчет ревизионистов в России. Я могу им задать только несколько вопросов.

Если это действительно были немцы, то почему это было государственной тайной во времена Советского Союза? Если это были немцы, то надо было публиковать все. Даже не было статьи о Катыне в хрущевской или брежневской Большой советской энциклопедии. Была статья во времена Сталина еще в 1952 году и это было как будто преступление немцев. Почему?

Известный советский писатель Илья Эренбург, который как известно был корреспондентом военной газеты «Красная звезда» очень много написал о немецких преступления во время войны, очень много, но не написал о Катыни. Почему?

В 45-м году, после войны, в советские руки попали все немецкие документы из министерства обороны в Берлине, из немецкого МИДа, из Гестапо. Они лежат в Москве. До сих пор никто из советских [и российских] ученых не нашел ни одного документа в этой массе немецких документов, которые могли бы быть доказательством того, что все-таки это выдумали немцы. Нет, когда немцы открыли эти захоронения, в 43-м году, это был большой сюрприз для немцев потому, что они не знали [об этом].

И, если катынские ревизионисты не знают ответ на эти вопросы, тогда они неправы.


Материал подготовил Назар Олийнык